Женские зимние меховые шапки - № 98
можжевельник китайский стрикта описание
Соорудив шалаш и продолжив упражняться в охоте, Карамбу зажил в лесу
относительно сносно. Тем более, по ночам он иногда совершал вылазки к Авдотье –
пополнял запасы спичек, продуктов, да согревал душу. Однако как-то утром, в
аккурат после их рандеву, к Авдотье явился Игнат и честно предупредил: «Увижу
негра – убью. Не обессудь. Всем будет лучше. А раз всем – значит, и тебе тоже.
Участковый добро дал». Авдотья знала: большинство мужиков в деревне сразу
невзлюбили Жоана, но до поры помалкивали, понимали – вдове одной тяжело. Не лез
не в свои дела и участковый – боялся насмешек сельчан и подозрений в ревности.
Теперь же каждый стремился внести свою лепту в поимку Карамбу – глаза и уши были
повсюду. Домашние встречи пришлось прекратить. Теперь Авдотья с небольшим
узелком раз в несколько дней отправлялась в лес на прогулку…
Жоан Антуан Карамбу, вооружившись очками, листал любезно подготовленный
организаторами сборник тезисов докладов прошедшего симпозиума. Все статьи под
тем или иным углом касались заявленной устроителями конференции темы – проблемы
толерантности в футболе, и об этом красноречиво гласили их заголовки:
«Коричневая чума на зеленых полях», «Стадион – арена добра», «Гомофобия в
офсайде»… Наконец, Жоан Антуан остановил свой выбор на показавшемся ему
любопытном исследовании британского социолога Мудрана Захери «Толерантность для
всех». В статье говорилось следующее:
– Слышь, Быдло, ты шедвел мутил? – тихо спросил кореша Ойойой.
– Быдло, – обращался к тому москвич Квакер, – Приезжай через неделю с псом. На
игру сходим и Бастарду прослушивание устроим.